Rambler's Top100




О себе

Форум

Арбитражная и судебная практика

Полезные публикации

Образцы документов

Комментарии нормативных актов

Каталог полезностей

Контакты

Главная

 


 
Бесплатная рассылка

Образцы договоров, налоговые и арбитражные полезности


TopList Rating SALDO.ru HotLog

09/06/2019

Как заставить банк взыскивать долг с поручителя во вторую очередь

Рекомендации можно получить в нижеприведенном Обзоре судебной практики Арбитражного суда в редакции от 08.02.2019.

В пункте 6 этого Обзора сказано следующее:
«Условие договора поручительства (предусматривающего субсидиарную ответственность поручителя) о том, что поручитель отвечает по своему обязательству не ранее истечения определенного времени после даты наступления срока исполнения обязательства основного должника и принятия всех разумных мер по получению задолженности с основного должника, не противоречит закону».




УТВЕРЖДЕН
президиумом Арбитражного суда
Северо-Кавказского округа
02.11.2018
(в редакции от 08.02.2019)


ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ
РАССМОТРЕНИЯ СПОРОВ,
СВЯЗАННЫХ С ПОРУЧИТЕЛЬСТВОМ

1. Заключение дополнительных соглашений к кредитному договору, в которых установлены конкретные суммы займа, срок и порядок его погашения, а также процентная ставка, не может рассматриваться как изменение обеспеченного поручительством заемного обязательства, влекущее неблагоприятные последствия для поручителя, если это не повлияло на общий размер ответственности поручителя и условия поручительства.
Общество обратилось в арбитражный суд с иском к банку о признании договора поручительства прекращенным.
Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
Как видно из материалов дела, банк и индивидуальный предприниматель К. (далее – заемщик) заключили кредитный договор, по условиям которого банк открывает заемщику невозобновляемую кредитную линию.
Банк и общество (поручитель) заключили договор поручительства, по условиям которого поручитель обязался солидарно с заемщиком отвечать перед банком за неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору в полном объеме.
Впоследствии банк и заемщик подписали соглашение о предоставлении транша № 1 к кредитному договору (далее – соглашение № 1) в размере 33 500 тыс. рублей со сроком возврата 31.07.2017, процентная ставка 16,9 % годовых; соглашение о предоставлении транша № 2 к кредитному договору (далее – соглашение № 2) в размере 26 500 тыс. рублей со сроком возврата 28.02.2019, процентная ставка 16,9 % годовых.
Полагая, что подписанные соглашения о траншах существенно в худшую сторону изменяют обязанности и ответственность поручителя, графики погашения кредитов до него не доведены, а это свидетельствует о прекращении договора поручительства с момента заключения соглашения о первом транше, общество обратилось в арбитражный суд с иском.
По смыслу пункта 1 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без его согласия. Таким образом, в случае изменения основного обязательства, влекущего увеличение ответственности поручителя без его согласия, поручительство прекращается с момента внесения данных изменений в основное обязательство.
В договоре поручительства должен быть назван объем обязательств поручителя перед кредитором должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения им принятых обязательств. Существенными условиями договора об открытии кредитной линии являются: сумма лимита кредитной линии, срок ее действия, срок возврата, а также размер процентов, уплачиваемых за пользование денежными средствами.
Судебные инстанции установили, что кредитным договором банк и заемщик согласовали условия о сумме, сроке кредитной линии, максимальном сроке транша, процентной ставке, эти же условия содержит и договор поручительства.
Из пункта 2.1.5 договора поручительства следует, что конкретные сумма, срок, порядок погашения, процентная ставка, цель кредитования и иные условия предоставления транша определяются в соглашении о предоставлении транша, заключаемого во исполнение кредитного договора, исходя из параметров, указанных в данном пункте, что не изменяет и не дополняет условий кредитного договора.
Таким образом, суды верно установили, что при заключении договора поручительства истец был уведомлен о том, что в кредитном договоре и в договоре поручительства определены общие параметры траншей, которые будут заключаться впоследствии.
Проанализировав соглашение № 1 и соглашение № 2, суды пришли к обоснованному выводу о том, что соглашения заключены в строгом соответствии с условиями кредитного договора (так, окончательный срок возврата траншей не выходит за рамки срока возврата линии; размер процентной ставки не превышает установленный в кредитном договоре) и не являются другими самостоятельными кредитными договорами, требующими согласования с обществом или заключения отдельных обеспечительных договоров.
Поскольку заключение соглашений о предоставлении траншей по кредитному договору не повлияло ни на общий размер ответственности поручителя по договору, ни на срок и условия поручительства, первоначально принятых на себя обществом, то суды обоснованно отклонили доводы общества о признании прекратившимся договора поручительства в силу изменения основного обязательства, влекущего увеличение ответственности поручителя (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.08.2017 по делу № А32-4024/2016).
2. Законные действия кредитора, направленные на получение удовлетворения от поручителя и создающие для него неблагоприятные последствия, сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом и прекращении поручительства.
Индивидуальный предприниматель А. обратился в арбитражный суд с иском к банку о признании прекращенным поручительства по договору, заключенному в обеспечение обязательств индивидуального предпринимателя В. по кредитному договору.
Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
В статье 367 ГК РФ перечислены случаи прекращения поручительства.
Суды установили, что предусмотренные законом или договором основания для прекращения обязательств истца перед банком по договору поручительства отсутствуют.
Заявитель в кассационной жалобе ссылается на злоупотребление правом со стороны банка.
В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно пункту 2 упомянутой статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Суды правомерно исходили из того, что требование банка о погашении долга по кредитному договору и договору поручительства, заявленное в соответствии с их условиями, является следствием неисполнения обязательств заемщиком и поручителем и само по себе не может расцениваться как злоупотребление правом, влекущее прекращение обязательств из договора поручительства.
Действия банка, направленные на исполнение этого требования (заявление об обеспечительных мерах, заявления о признании заемщика и поручителя банкротами), также злоупотреблением правом не являются, хотя и влекут негативные последствия для этих лиц.
Реструктуризация кредита является правом банка, а не обязанностью. Доводы заявителя о том, что, отказывая в реструктуризации долга, банк злоупотребил правом, не обоснованы.
Предложение банка о передаче в собственность имущества должника, имеющего более высокую стоимость, чем размер обязательств заемщика и поручителя, не порождает для истца каких-либо обязанностей, поэтому также не может рассматриваться как злоупотребление правом (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.03.2016 по делу № А32-19189/2015).
3. В случае банкротства основного должника и поручителя включение требования кредитора в реестр требований кредиторов должника-поручителя возможно и до признания основного должника банкротом.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества (далее – должник) банк обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору поручительства.
Определением суда требование банка удовлетворено.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним обязательства в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (статья 361, пункт 2 статьи 363 ГК РФ). Кроме того, статьей 323 ГК РФ установлено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что факт ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору установлен и в данном случае свидетельствует о наличии у банка права потребовать досрочного возврата кредита и уплаты процентов, начисленных на остаток задолженности по кредиту, в связи с чем спорная задолженность обоснованно включена в реестр требований кредиторов должника.
Довод должника о неправильном применении судом первой инстанции разъяснений, изложенных в пункте 48 постановления № 42, подлежит отклонению.
В соответствии с данными разъяснениями требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ). В частности, названное право возникает у кредитора в том случае, когда основной должник признан банкротом, поскольку согласно пункту 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты признания его банкротом срок исполнения его обязательств считается наступившим.
Таким образом, признание основного должника банкротом является частным случаем, при котором требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве. Вместе с тем в рассматриваемом случае суд установил факты нарушения основным должником по обеспеченному поручительством обязательству указанного обязательства, и данное обстоятельство заявитель жалобы не оспаривает.
Включение требования кредитора в реестр требований кредиторов должника-поручителя производится по общим правилам включения требований (в том числе необходимо принимать во внимание, имелись ли основания для заявления требования о досрочном погашении кредита, факт неисполнения обязательства и т.д.) и не зависит исключительно от признания основного должника банкротом (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.10.2014 по делу № А53-3282/2014).
4. В иске к недобросовестному поручителю, длительное время без уважительных причин не исполнявшему свое солидарное обязательство до признания банкротом основного должника, не может быть отказано по мотиву злоупотребления правом кредитором, не предъявившим требование в деле о банкротстве основного должника.
Общество обратилось в арбитражный с суд с иском о взыскании с компании (поручителя) задолженности по договору поручительства.
Решением, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, иск удовлетворен.
В кассационной жалобе компания просила отменить судебные акты и отказать в иске. Заявитель полагал, что поскольку истец (кредитор) не обращался с требованиями к основному должнику до закрытия реестра требований кредиторов должника, то удовлетворение иска в рамках данного спора фактически лишает ответчика права на получение возмещения требований основного должника. Поведение истца в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 52 постановления № 42, является злоупотреблением правом.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
В пункте 52 постановления № 42 указано, что, имея в виду право поручителя покрыть свои имущественные потери за счет требования к основному должнику, которое переходит к поручителю на основании пункта 1 статьи 365 ГК РФ, а также принимая во внимание необходимость добросовестного поведения в имущественном обороте, суды должны исходить из того, что кредитору до закрытия реестра требований кредиторов следует обратиться с заявлением об установлении его требований в деле о банкротстве основного должника. Если будет установлено, что кредитор не совершал названных действий и это повлекло либо может повлечь негативные последствия для поручителя в будущем, например, в виде пропуска срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, на что поручитель ссылается в порядке статьи 364 ГК РФ, в иске к поручителю (либо во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов поручителя) может быть отказано (статья 10 ГК РФ).
Применяя положение пункта 1 статьи 363 ГК РФ, суды должны исходить из того, что если поручитель и основной должник отвечают солидарно, то для предъявления требования к поручителю достаточно факта неисполнения либо ненадлежащего исполнения обеспеченного обязательства, при этом кредитор не обязан доказывать, что он предпринимал попытки получить исполнение от должника (в частности, направил претензию должнику, предъявил иск и т. п.) (пункт 35 постановления № 42).
Согласно пункту 21 постановления № 42 прекращение основного обязательства вследствие исключения из единого государственного реестра юридических лиц юридического лица, являющегося должником по этому обязательству, не прекращает поручительство, если кредитор до исключения должника из названного реестра реализовал свое право в отношении поручителя посредством предъявления иска, заявления требования ликвидационной комиссии в ходе процедуры ликвидации поручителя или подачи заявления об установлении требований в деле о его банкротстве.
Суд апелляционной инстанции, приняв во внимание длительное неисполнение обязательств как со стороны основного должника, так и со стороны поручителя, не усмотрел в действиях (бездействии) истца злоупотребления правом и, как следствие, оснований для отказа в удовлетворении иска (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.03.2018 по делу № А22-1461/2016).
5. Отсутствие у поручителя на момент заключения договора поручительства имущества, достаточного для исполнения обязательства, само по себе не свидетельствует о мнимости сделки.
В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительным (мнимым) договора поручительства.
Определением, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. По смыслу приведенной нормы права обе стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку. Отсутствие имущества у поручителя на момент заключения оспариваемого договора само по себе не свидетельствует о его мнимости и не означает, что у стороны договора поручительства и в будущем будет отсутствовать возможность удовлетворить требования кредитора.
Действующее гражданское законодательство не ставит возможность заключения договора поручительства, а также обязанность поручителя нести солидарную ответственность с должником вследствие неисполнения последним обеспеченных поручительством обязательств в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для исполнения такого обязательства. Заключая договор поручительства, поручитель действует на свой риск. Поскольку поручительство выдается добровольно, с учетом принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ), именно на поручителе лежит обязанность оценки риска при заключении договора поручительства. То обстоятельство, что при заключении договора поручительства финансовая организация не проверила предоставленные поручителем сведения о размере получаемого им дохода, не является основанием для признания сделки недействительной, поскольку заключение договора поручительства не обусловлено финансовым положением поручителя (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.01.2018 по делу № А53-17381/2016).
6. Условие договора поручительства (предусматривающего субсидиарную ответственность поручителя) о том, что поручитель отвечает по своему обязательству не ранее истечения определенного времени после даты наступления срока исполнения обязательства основного должника и принятия всех разумных мер по получению задолженности с основного должника, не противоречит закону.
Банк обратился в арбитражный суд с иском к фонду о взыскании задолженности по договору поручительства, заключенному в обеспечение исполнения обязательства общества (заемщика).
Пересматривая судебные акты, окружной суд указал следующее.
Договором поручительства установлена субсидиарная ответственность поручителя за исполнение заемщиком обязательств по возврату суммы основного долга.
Пунктами 5.4, 5.5 договора поручительства предусмотрено, что в течение 180 календарных дней с даты наступления срока исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору банк принимает все разумные и доступные в сложившейся ситуации меры (в том числе списание без распоряжения клиента денежных средств со счета заемщика, обращение взыскания на предмет залога, предъявление требований по банковской гарантии, поручительству третьих лиц (за исключением поручителя)) в целях получения от заемщика невозвращенной суммы основного долга и исполнения иных обязательств, предусмотренных кредитным договором. В случае если в течение 180 календарных дней с даты наступления срока исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору заемщик не исполнил свои обязательства, банк предъявляет требования к поручителю.
Согласно пункту 53 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотренный пунктом 1 статьи 399 ГК РФ порядок предварительного обращения кредитора к основному должнику может считаться соблюденным, если кредитор предъявил последнему письменное требование и получил отказ должника в его удовлетворении либо не получил ответа на свое требование в разумный срок.
В пункте 35 постановления № 42 разъяснено, что при субсидиарном характере ответственности поручителя для предъявления требования к нему кредитору достаточно доказать, что должник отказался исполнить обязательство, обеспеченное поручительством, либо не ответил в разумный срок на предложение исполнить обязательство.
Вместе с тем условие спорного договора поручительства об отложенном сроке поручительства и обязанности банка первоначально в течение 180 дней принять все меры по получении задолженности с других обязанных лиц не противоречит закону (статья 421 ГК РФ) (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.06.2017 по делу
№ А63-12340/2016).
7. Исполнение договора поручительства, заключенного под отлагательным условием, которое не наступило, влечет неосновательное обогащение на стороне кредитора.
Фонд обратился в арбитражный суд с иском к банку о взыскании неосновательного обогащения.
Заявленное требование было удовлетворено.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
Банк (кредитор) и индивидуальный предприниматель А. (заемщик) заключили кредитное соглашение.
В качестве обеспечения исполнения кредитного соглашения банк заключил договоры поручительства с О. и Д. (поручители).
Кроме того, в обеспечение исполнения кредитного соглашения А. (должник), банк (кредитор) и фонд (поручитель) также заключили договор поручительства.
Пункт 1.6 договора предусматривает, что данное поручительство действительно при условии заключения дополнительных соглашений к договорам поручительства между кредитором и гражданами Д. и О. (не позднее 30 календарных дней со дня заключения договора), согласно которым указанные лица обязуются отвечать перед поручителем в полном объеме в случае исполнения им обязательства перед кредитором за должника. В таком случае к поручителю пропорционально удовлетворенным требованиям переходят права требования к этим поручителям.
Банк предъявил фонду требование о погашении задолженности по кредитному соглашению на основании договора поручительства.
Требования фондом были исполнены.
Фонд запросил у банка копии дополнительных соглашений, которые банк должен был подписать в силу пункта 1.6 договора поручительства с гражданами Д. и О.
Банк сообщил, что неподписание дополнительного соглашения к договору поручительства с О. не является основанием для признания договора поручительства недействительным и возврата денежных средств.
Суды, удовлетворяя иск, согласились с доводами истца о том, что договор поручительства заключен с отлагательным условием, в силу которого поручительство фонда зависит от факта заключения банком соответствующих соглашений с Д. и О.
Согласно пункту 1 статьи 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.
Суд оценил условие пункта 1.6 договора поручительства с учетом разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 4 постановления № 42, в соответствии с которыми судам необходимо учитывать, что договор поручительства может быть заключен под условием (статья 157 ГК РФ). К отлагательным условиям, обусловливающим вступление договора поручительства в силу (пункт 1 статьи 157 ГК РФ), могут быть отнесены такие обстоятельства, как заключение кредитором с должником или третьими лицами иных обеспечительных сделок (например, договора ипотеки), изменение состава участников или органов управления общества-поручителя или должника и т. п.
Поскольку дополнительное соглашение к договору поручительства, предусматривающее ответственность О. перед фондом, банк и О. не заключили, суд пришел к выводу о том, что договор поручительства не вступил в силу и перечисленная фондом банку спорная сумма получена последним безосновательно. Данная сумма подлежит возврату истцу в порядке статьи 1102 ГК РФ как неосновательное обогащение банка.
Суд первой инстанции правомерно сослался на пункт 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому по смыслу пункта 3 статьи 157 ГК РФ не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит, в том числе и от поведения стороны сделки (например, заключение договора поставки под отлагательным условием о предоставлении банковской гарантии, обеспечивающей исполнение обязательств покупателя по оплате товара; заключение договора аренды вновь построенного здания под отлагательным условием о регистрации на него права собственности арендодателя) (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.05.2017 по делу № А32-36114/2016).
8. В случае если соглашение о поручительстве является элементом трехстороннего договора кредитора, основного должника и поручителя, то невыплата основным должником поручителю вознаграждения за предоставление поручительства не является основанием для расторжения соглашения о поручительстве, если иное не предусмотрено договором.
Фонд обратился в арбитражный суд с иском к банку о расторжении договора поручительства.
В удовлетворении заявленного требования отказано.
Отклоняя кассационную жалобу, окружной суд указал следующее.
Фонд (поручитель), банк (кредитор) и предприниматель (должник) заключили договор поручительства, по условиям которого поручитель обязался отвечать перед кредитором за исполнение должником своих обязательств по договору поручительства в части возврата фактически полученной должником суммы кредита.
За предоставление поручительства должник уплачивает поручителю вознаграждение.
С учетом того, что заемщик не оплатил вознаграждение по договору поручительства в установленный срок, фонд направил банку предложение о расторжении договора поручительства, которое было отклонено.
В соответствии с пунктом 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной и в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором.
Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (абзац четвертый пункта 2 статьи 450 ГК РФ).
Исследовав представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции не установил существенное нарушение условий договора поручительства со стороны банка, в связи с чем отказал в удовлетворении требований фонда о расторжении договора (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.05.2017 по делу № А63-10362/2016).
9. В случае если договором поручительства предусмотрено ограничение ответственности поручителя, исключающее уплату процентов за пользование чужими денежными средствами, они не могут быть взысканы за период до вступления в законную силу решения суда о взыскании с поручителя задолженности по договору.
Общество обратилось в арбитражный суд с иском к фонду (поручителю) о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с несвоевременным исполнением обязательства по договору поручительства.
Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, иск удовлетворен.
Отменяя судебные акты, окружной суд указал следующее.
В пункте 12 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.01.1998 № 28 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве» разъяснено, что поручитель, не исполнивший своего обязательства перед кредитором, несет перед ним самостоятельную ответственность только в случае ее установления в договоре поручительства.
Договором поручительства ответственность поручителя ограничена, в частности, прямо оговорено, что он не отвечает за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору в части уплаты процентов за пользование предоставленным кредитом, процентов за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойки, возмещения судебных издержек по взысканию долга и других убытков, вызванных неисполнением (ненадлежащим исполнением) заемщиком своих обязательств.
Таким образом, до вступления в силу судебного акта, которым с фонда взыскана задолженность заемщика, основания для применения к нему процентов за пользование чужими денежными средствами, за неисполнение основного обязательства по возврату кредита и уплате процентов отсутствуют.
В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, поскольку судебным актом на фонд возложена обязанность по уплате взысканной суммы, с момента вступления в законную силу данного судебного акта у фонда возникло денежное обязательство перед кредитором, который вправе рассчитывать на перечисление присужденной ему суммы исходя из принципа обязательности судебных актов, предусмотренного статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.05.2015 по делу № 306-ЭС14-7925). С указанного момента ответственность поручителя за неисполнение судебного акта уже не ограничена условиями договора поручительства и фактически носит самостоятельный характер.
Суды взыскали проценты за пользование чужими денежными средствами не с момента вступления в законную силу решения суда о взыскании с поручителя основной задолженности, а с более раннего периода без учета условий договора поручительства (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.05.2016 по делу № А63-1904/2015).



Написать письмо Назад Наверх Все права принадлежат автору.